July 6th, 2003

Никогда

Продолжим наши игры.

...Итак, вообразим себе, что причиною для праздника может послужить ожидание какого-либо радостного события, удивительная неизвестность. Как будто бы вот-вот, вскоре, за туманом, за ширью, за косогором откроется нам некий спасительный тайный ход, лаз счастья, ведущий наконец-то в мир процветания, мудрости и любви. Будем ли мы веселы, если проникнем в этот ход, засунем туда хотя бы руку или что там у нас еще есть? Позвольте усомниться в хорошем результате, поскольку любое ожидание есть, в сущности, сомненье. Сомненье же — знак неуверенности в себе. А неуверенность, как известно, радости не приносит.

Допустим, праздник происходит от осознания случившегося, последствий фактов бытия. [...] Но согласитесь: обряд хвалы случившемуся, скорее, приучает нас радоваться потере, чем обладанию. Ибо то, что уже свершилось — свершилось навсегда и никогда не повторится вновь.

Никогда.

(no subject)

Однажды к Саблезубому Тигру прискакала Нежная Лань. И отхряпала ему пол-ключицы.
— Как можно, Лань! Бессердечное ты существо! — укорял Тигр Лань. Но так как языком приходилось как раз зажимать глубокую рану, получалось только какое-то невнятное бубнение типа "аооа! еееоеыуео!". Так что Лань нисколько не прониклась и ускакала в заливные луга.
Ну а Тигр, как мы знаем из учебника биологии, по неведомой причине вымер.

(no subject)

Мелодичный звон.
Ольга Владимировна поднимает трубку.
— Войдите.
Открывается дверь, входит плотный мужчина.
Ольга Владимировна стреляет из трубки отравленным дротиком. Мужчина грузно падает, поднимает столб пыли, стонет, глаза в кучу, весело.
Звонят все громче, явственнее.
Ольга Владимировна входит в соседнюю комнату, где лежит прикованная к постели дряхлая женщина.
— Тебе утку поменять? — интересуется Ольга Владимировна. — Этого мужчины нам хватит на две недели.
Понятно, что утка была тотчас заменена грифом, а цепи на кровати звенели от конвульсивных подергиваний.
Гриф, впрочем, оказался тоже негодным, чуть кривым в центре, колки царапали нейлон с ужасным скрипом.
— Тише, тише, — умоляюще шепчет Ольга Владимировна. — Я жду звонка.